Просыпаюсь и чувствую жгучую влагу на губах, которая медленно, как про-ржавевшая от времени гильотина, разваривает душу кусочками отзвуков. "Мою ли?" - взрывается мысль рядом с кончиками губ, там, где влага уже превратилась в кипящий сок. Думать становиться опасно, а не думать представляется невозможным. Вставать. Настойчиво движутся джинсы, крест на шею. Вопреки всему думаешь, понимая, что Вселенная бессильно сжимается в житейский котел: решая проблему столь печального пробуждения, опускаешь себя до животного инстинкта, а в остальном должен отли-читься. Включать кран (да хоть бы и ногой)...... Нет, это все не то, не то ради чего чело-век живет (лечь обратно - не думать). Так ему и надо, человеку, зачем, спрашивается, Бог дал мозги - пусть сам думает. Вот теперь и мучается, боится создать машину с ра-зумом, ибо она может уподобиться ему и, вместо истинного предназначения создателя, начнет проявлять свинства.

Кухня, словно погреб, преследует сыростью, осталось только проследить путь кефира по стенке стакана и все, сытый. Видимость у кромки позволяет распознать процесс растворения кипящей влаги в желудке. Смесь готова - цель достигнута. Сверху посыплем тем, что мысли отобрали ночью - пол часа сна.

Тень в подъезде - моя ли? Зато подъезд точно мой. Вчерашний окурок по-гас еще у входа, но выброшен был почему-то только на рельсы метро. О, Боже, чужие глаза, значит рядом есть кто-то другой. Жаль. Да, нет не глаз. Просто опять деньги за-был. А ведь была маза подарить себе один из рекламных плакатов: "Вы ничего не за-были?" Эй, парень, не ложись вперед ногами - деньги можно занять у таких же беспла-катных склеротиков. Ищу, выворачивая карманы на грязный перрон, ищу и думаю, по-ка думаю снова ищу. Есть, надумал - "Я н-е-х-о-ч-у власти". И значит сразу отпала по-требность искать деньги, и время на какую-то долю прервало свой бег. Что это, эффект телепортации или, может, просто разум отключился и память что-то стерла? Неважно, главное, я уже на месте и сейчас буду не один. Люди, я их узнаю, но все еще один. Дру-зья, их тоже узнаю - мои ли? - а я по- прежнему один. Надо срочно что-то предприни-мать: кофе хочу.

Кофе отравлен, разбавлен - иду за пределы,
А кто запределен - тому беспредел,
И разницы нет - для души или тела,
Ведь мне сорвало тормоза от любви и свободы и .....

А может слегка притормозить, и этих двух хватит, чтобы жизнь прожить и в финале сделать ее бессмертной. Я слышу, я еще что-то понимаю - странно. Кофе опустошает на треть и наполняется снова, на этот раз пустотой. Нужно зеркало, срочно, где? Хочу взглянуть в глаза жаждущему любви и свободы. Зеленые, и я говорю: "Глаза у меня зеленые", им только не хватает зелененького плакатика - "Вы ничего не забы-ли?" Блин, а ведь снова забыл. Но, видимо, это было бы важнее для меня, если б я смог забыть

Ловушка (я). Она, наверное, ждала. Прочитай эту ночь: образ архаичного Сфинкса проступит сквозь твою постель, и ты уже будешь не одна (а я все еще один). Впрочем, я все равно уже пришел. Расслабься, не думай, суть не в этом. Ты красивая, но этого хватило б только параноику, а я закрываю глаза у кроватной подстилки, по-этому мне надо большего - ну уж точно одной красоты маловато будет. Зрение - одно из шести органов чувств. Мне нужны все шесть, а в тебе, детка, этого нет.

Решение было принято мгновенно, теперь главное не оборачиваться. Пой и пей - верши делишки. И беспечнее, пожалуйста, беспечнее. Слижи кривизну простран-ства, сделай простыми все эти сложности, тогда я вернусь. Эй, люди, а кто-нибудь во-обще в курсе, что я делаю на крыше. Сколько прыжков минутной стрелки я здесь уже стою, очень рискую простыть. Ветер волнами скребет кожицу, еще одна волна, снова и снова. Я открываю рот и ловлю их - душно. Земля отпускает меня, не держит цепкими когтями, не требует. Сплошное блаженство чувствовать высоту крыш, ласкаемых вет-рами.

Ветер забудет сказать стоп, он вообще большая сволочь, и я бы сейчас ле-жал на мокром асфальте, но на границе чувств всегда есть мера. И как тогда жить и ощущать уже надоевшее обветренное небо. А ведь я знаю, что будет дальше. Я уже жил и пожалуй поживу еще чуть- чуть. Так-то.